15 лет в секте

Поиски некой Высшей Истины, поиски Бога в моем случае начались довольно-таки рано. Я рос в семье, которая всегда имела большой интерес к чему-то духовному. Наверняка все хорошо помнят время разрушения Советского Союза, время разрушения многих идей и ценностей. В ту эпоху, в начале девяностых годов, было такое тотальное увлечение различными духовными практиками. Люди пытались найти ответы на жгучие вопросы о своей жизни.
Мои родители тоже были людьми ищущими. Они увлекались восточными практиками: кришнаизмом, рерихианством, магическими медитативными практиками — это было очень модно тогда. Но, несмотря на увлечение эзотерическими традициями, мои родители, как люди, выросшие в нашей культуре, всё равно считали себя православными христианами. Мы время от времени заходили в храм, молились, ставили свечки.
Но о какой-то сознательной духовной жизни речи не шло. Мои воспоминания детства почему-то всегда связаны с внутренним поиском. Хотя это несколько необычно для детей, я очень хорошо помню, как, когда мне было шесть лет, я попал под КамАЗ и чудом остался жив.
Эта трагедия обострила духовные поиски в нашей семье. Я помню, как с гипсом на растяжках рассуждал о Боге, о смысле жизни и о причинах страданий, обсуждая это с родителями. Атмосфера духовных исканий была в семье всегда, но ответов мы не находили.
К сожалению, в начале и середине девяностых Церковь не была способна в большинстве случаев дать людям то, чего они искали. Иногда это был просто банальный ответ на вопрос, некое духовное пастырское попечение, которого не хватало.
И ответы были найдены в совсем другом источнике. Это был 1997 или 1996 год. Мои родители, после неудачной попытки воцерковления, связанной с близким знакомством с псевдостарцем, который занимался экзорцизмом, попали к Свидетелям Иеговы. К улыбающимся людям, которые пришли и сказали, что готовы уделять своё время, чтобы дать ответы на те вопросы, которые задают все думающие люди.
Так началось наше близкое знакомство со Свидетелями Иеговы. Мне тогда было одиннадцать лет.
________________________________________
Что позволило укорениться в этой организации
Человек может стать полноценным Свидетелем Иеговы только если он начнёт посещать собрания и так называемые конгрессы — большие мероприятия, которые собирают множество общин целого района. Свидетели Иеговы знают: если человек, с которым они изучают Библию, не придёт на собрание, значит, он, скорее всего, не станет Свидетелем.
Эффект от этих собраний невероятный. Ты видишь огромный стадион, заполненный десятками тысяч улыбающихся, красивых, опрятно одетых людей, чувствуешь абсолютную чистоту, порядочность, тёплое отношение, любовь. Это производит колоссальное впечатление.
Я много размышлял над этим, анализируя путь своей семьи и многих знакомых. Сценарий один и тот же: люди влюбляются в организацию. Они влюбляются в людей. Богословская сторона вторична. Она очень хорошо ложится на сознание человека, уже влюблённого в организацию.
Человека окружают невероятным вниманием и заботой. Могут помочь финансово, с работой. Человек влюбляется, и уже потом он полностью готов к восприятию различных идей. Начинается процесс тонкой доктринации — специальный учебный курс, распределение Библии с сугубо конфессиональной интерпретацией, местами весьма странной и натянутой. Но это замечательно ложится, потому что человек уже влюблён.
Потом градус внимания ослабевает. Когда человек принимает крещение, становится полноценным членом организации, он уже сам должен проявлять те же чувства к новым. Он этому обучен. Он становится частью огромного механизма.
В Свидетелях Иеговы я состоял порядка пятнадцати лет.
________________________________________
Что подтолкнуло меня к Православию
Это был очень долгий, болезненный путь. Прежде чем прийти в Церковь, нужно было сначала выйти из организации «Свидетели Иеговы».
В 2005 году я был приглашён в качестве сотрудника в главный управленческий центр Свидетелей Иеговы в России — в посёлок Солнечное под Санкт-Петербургом. Это считается очень привилегированным служением. Для многих Свидетелей это предел мечтаний. Я прослужил там четыре с половиной года.
Если бы я туда не попал, возможно, я до сих пор оставался бы Свидетелем Иеговы. Пребывание там обнажило многие проблемы организации. Оказавшись в самом сердце организации, где служат самые авторитетные люди, я воочию убедился, что все те немощи, страсти, духовные болячки, которые были у людей до вступления, так и остались. Особого духовного преображения там не происходит.
Ничто человеческое не чуждо даже элите: лицемерие, обман, гнев, сплетни, алкоголизм. Но это лишь помогло мне более объективно смотреть на организацию.
Находясь в управленческом центре, я имел доступ к большой библиотеке. Там был раздел, посвящённый разным религиям. И в этом разделе было много книг православных авторов начала XX века — работы Глубоковского, профессоров Киевской, Казанской и Московской Духовных Академий, Толковая Библия Лопухина.
Я впервые в жизни увидел серьёзную православную литературу. Я был поражён. Свидетели Иеговы крайне низкого мнения о Православной вере, а здесь я увидел, насколько глубоко, интересно и убедительно звучит то, что там написано. Мне всегда не хватало глубины в изучении Библии, а здесь я столкнулся с кладезем информации.
Тогда был сломлен один из главных стереотипов: что подлинное богословие невозможно вне организации «Свидетели Иеговы». Я позволил себе думать независимо.
Ключевым фактором стало прочтение книги бывшего члена руководящего совета Свидетелей Иеговы Реймонда Френца — «Кризис совести». Реймонд Френц — человек, который шестьдесят лет посвятил себя служению организации, из них десять лет был членом руководящего совета. Он написал книгу, разоблачающую организацию изнутри.
Я нарушил главный запрет любой авторитарной системы — чтение источников от бывших членов. Я читал эту книгу в страхе, находясь в самом сердце организации. Я закрывал дверь, опускал шторы и читал. Меня потрясало всё, что я читал. Это было болезненное состояние: дрожь, ощущение поднимающейся температуры. Каждая строчка рушила мир, в котором я находился с одиннадцати лет. С одной стороны, я понимал истину, с другой — мне становилось страшно, как жить дальше.
Эта книга сыграла ключевую роль в моём выходе из организации, который растянулся на несколько лет.
________________________________________
Выход из организации
Выход был очень сложным и для моей жены, которая тоже была в организации с шести лет. Мы познакомились там, женились, даже год служили вместе в управленческом центре. Вся моя семья — родители, братья — Свидетели Иеговы. Вся наша жизнь была связана с ними. Мы понимали, что выход разрушит весь этот мир.
Так и произошло. Свидетелям Иеговы запрещено общаться с людьми, которые вышли из организации, особенно с теми, кто вышел по идейным соображениям. Я в числе так называемых «отступников». Со мной нельзя здороваться на улице, общаться.
Родители, искренне верующие, пытались меня образумить. С их стороны — сын уходит из «ковчега спасения». Выход из организации для них равносилен тотальному уничтожению на Армагеддоне. Мои друзья и знакомые не слышали меня.
Прежде чем выйти, я написал несколько писем в руководящий совет в Америку. В них был разбор противоречий и ошибок организации — явных расхождений с греческим подлинником Нового Завета. Письма не хотели отправлять. Мне сказали, что это «сквозит недоверием к верному рабу».
В ответ я получил отписку: «Брат Григорян, мы хотим тебя похвалить, но ты должен ждать. Когда Иегова посчитает нужным, Он прольёт больше света. А если не прольёт — продолжай служить и держись крепче организации».
Ответов на конкретные вопросы я не получил. Это окончательно убедило меня, что в организации поиск истины никому не нужен. Догма важнее.
Мы с женой написали письмо о выходе, разослали его всем друзьям и знакомым. Нас исключили из организации. Весь мир был разрушен.
________________________________________
Что помогло после выхода из секты
Я даже боюсь представить, что было бы, если бы жена решила остаться. Я знаю такие примеры, и они часто приводят к разводу, разрушению семьи. Мы поддерживали друг друга. Мне помогало осознание того, что я освободился. Теперь я могу сам изучать Священное Писание с разных сторон, без догматических рамок. Несколько лет я пересматривал все свои прежние представления — от Книги Бытия до конца. Я находился вне конфессионального христианства.
________________________________________
Как многолетний поиск привёл меня в Православие
Можно выделить два основополагающих момента.
Первый: я осознал, что Священное Писание не самодостаточно, как утверждается в протестантском тезисе. Чем больше я изучал, тем больше сталкивался с различными интерпретациями и текстологическими проблемами. Я понял, что текст и понимание текста — не тождественные вещи. Без живой традиции, в которой этот текст был сформирован, его невозможно понять.
Второй: я обратился к древнему христианству. Я купил «Сборник мужей апостольских» — произведения, которые в Церкви идут сразу после Нового Завета. Я читал Климента Римского, Игнатия Антиохийского. Это меня поразило больше всего.
У Свидетелей есть теория, что после смерти Апостолов наступает тотальное отступничество. Но я всегда считал эту теорию странной — она делает из Апостолов плохих учителей. Получается, что они не смогли создать общины, которые остались бы верны их учению. Это поражение Бога.
Когда я прочитал апостольских мужей, я увидел, что традиционное христианство — это то, что было у них: исповедание Божества Христа, епископат, Евхаристия, понимание загробного воздаяния. Всё это Свидетели Иеговы отрицают, считая поздними наслоениями. А здесь мы видим это на стыке первого и второго века.
________________________________________
Первый контакт с Православной Церковью
Для Свидетеля Иеговы зайти в православный храм невозможно — это считается языческим капищем. После выхода, когда я интеллектуально пришёл к Православию, я ходил мимо храма и мне хотелось зайти, чтобы поговорить со священником.
Однажды я набрался решимости. Зашёл в маленькую церковь. У свечной лавки стояла женщина. Я спросил, можно ли поговорить со священником. Она ответила грубо:
— А что вам вообще нужно? Зачем священник, чего непонятно?
Я говорю:
— Ну, мне нужно поговорить, у меня непростая история.
Она:
— Чего, непростая история? Ты крещён хоть?
Я говорю:
— Да, крещён.
— А крест-то носишь?
— Нет, не ношу.
Это вывело её из себя. Она сказала:
— Если крест не будешь носить, Бог тебя не увидит.
Но я уже знал о Православии, возможно, больше, чем она. Я спросил:
— А вы, когда так утверждаете, на какую святоотеческую традицию опираетесь? Вы знаете, что Апостолы крестиков не носили, но Бог их почему-то видел?
Она возмутилась:
— Ах, ты спорить со мной хочешь?
Чуть ли не скандал произошёл, и я поспешил удалиться. Это был мой первый контакт.
________________________________________
Настоящее вхождение в Церковь
Настоящее вхождение в Церковь произошло через живую общину — с катехизацией, богослужебным общением, библейскими группами. Я увидел полноценное Православие. Люди не просто приходят и ставят свечи, а живут настоящей евхаристической жизнью. Они знают друг друга, любят друг друга, имеют совместные трапезы, изучают Священное Писание.
Я глубоко убеждён, что подлинная православная миссия по отношению к людям, находящимся в сектах, возможна только если мы можем предложить им лучшую альтернативу.
Помогая людям выходить из организации, я много раз убеждался, что никакие интеллектуальные аргументы не действуют. Людей убедило нечто другое — любовь, внимание, община. Поэтому важно показать людям живую христианскую жизнь. И уже потом обсуждать концептуальные идеи.

Источник: Ковальчук Сергей - От и До. Книга 2. Свидетельства бывших атеистов.