Обратная сторона

Когда мы читаем о какой-то жизненной проблеме, разрешенной после молитвенного обращения людей к Господу Нашему Иисусу Христу, ко Пресвятой Богородице, ко Святым, чаще всего главные герои рассказывают, как они получили помощь, как они встретились с гостеприимными людьми, как с Божиим Промыслом все управилось. Интересно в таком случае послушать тех людей, которые с обратной стороны этих историй, руками которых Господь и помог нам. Тех, кто тебя принял в дом свой, тех людей, через которых мы получаем просимое. Эта маленькое повествование именно о таком человеке.
Димитрий, побывав в паломничестве, познакомился с православными людьми из разных стран и городов. Они обменялись контактами и все друг друга приглашали в гости по приезду в их сторонку. Не забыл каждый из них написать записочки о своих близких здравствующих и усопших, чтобы их новые знакомые подали в святых храмах и монастырях по приезду к себе домой.
Досталось Димитрию, как и всем остальным, энное количество поминальных листочков, но каждому из соединенных паломнической поездкой людей было в радость сделать хоть малое своему ближнему. На следующий день по приезду домой Дима первым делом повез развозить по святым местам своего города записки. Посетил он и Киево-Печерскую Лавру, и Свято-Троицкий Ионинский монастырь, потом Благовещенский мужской монастырь, и в Введенский монастырь заехал, и Покровский женский монастырь посетил.
За неимением больше времени, на посещение последней обители Димитрий, уставший, но с душевной радостью, возвратился домой. Не откладывая в дальний ящик, на следующий день он поехал в Голосеевскую пустынь.
Когда Димитрий вышел из метро и пошел на маршрутку, которая доставляла людей от станции метро к монастырю, он не сразу понял, почему в будний день столько много народу. Он много раз ездил в рабочий день к матушке, и было во много раз меньше очередь, только вот в 30-х числах…
— Ах да! — вспомнил Димитрий. — Сегодня же 30 сентября.
А у матушки Алипии 30-е число каждого месяца был ее традиционный поминальный день, то есть и сегодня.
Надо сказать, что на протяжении всех этих поминальных дней в течение всего дня в Голосеевском монастыре совершаются заупокойные панихиды. Также каждый пришедший может принять монастырское угощение. По сложившейся традиции в эти дни в монастырь приходят все, кто почитает матушку. Хоть Дима уже и устал, и людей набилось в маршрутку по завязку, но было радостно оттого, что все записки попадут в монастырь именно в этот день. Благо в монастырской лавке работало много женщин за свечным прилавком, и люди становились в разные очереди. Подав о здравии, купив свечей, сухариков уже себе домой, Димитрий пошел к храму в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник», под которым в усыпальнице почивают мощи старицы. Очередь же к матушке была почти от самых монастырских ворот. Димитрий же, помня наставление самой матушки Алипии, чтобы вначале приходить к батюшке прп. Алексию Голосеевскому, а потом уж к ней, заняв место в очереди стоявших людей, пошел на монастырское кладбище, которое находится за храмом «Живоносный Источник». Решив при этом, что если уж очень долго будет стоять в очереди, тогда, в крайнем случае, попросит передать записки на аналой перед надгробницей матушки.
Сам же Димитрий всю дорогу в Голосеево, само собой, повторял:
— Матушка, управь, матушка, помолись.
На кладбище он поклонился от всех просивших прп. Алексию и прп. Парфению, отцу Геронтию. Возвращаясь же занять свое место в очереди, он перед выходом из усыпальницы матушки почти с тыльной части храма повстречал отца Моисея, иеромонаха, с которым он познакомился еще год назад благодаря Елене и Василию из Краснодара.
Взял благословение. Благословив Димитрия, иеромонах попросил его помочь принести кое-что из усыпальницы матушки Алипии. Так, чудным образом, Димитрий попал к матушке, поклонился от всех, кого он знал и кто просил, приложился, помолился. Тут же он увидел священника, который помазывал, и Дима, решив, что батюшка будет служить заупокойную литию, отдал ему записки об упокоении с деньгами, которые пожертвовали паломники, сказав:
— Помолитесь, батюшка.
Сделав то, о чем его попросил отец Моисей, затратив при этом немного своего времени, выполнив обещания развезти куда надо записки, Димитрий со спокойной душой пошел на выход из монастыря. Выйдя из монастырских ворот, перекрестившись, он пошел поклониться на место домика, где жила старица и где сейчас был установлен крест и воздвигнута часовня. Приложившись ко кресту и оставив еще записочки-письма матушке в специальном окошке в кресте, Димитрий решил вкусить пищи от праздничной трапезы, тем более что очередь уже была небольшая. Стоя в которой, он стал невольным свидетелем разговора двух женщин с множеством детей, кружившимся вокруг них:
— С батюшкой приехали раньше, но не застали никого дома, — говорила одна, помоложе женщина, второй пожилой.
— Они же обещали.
— Перезвонили, извинились, что у них у самих неприятности.
— Ну и что отец Николай?
— Сказал, что я же говорил, надо было сначала к матушке ехать, а потом все бы и решилось. Такой же день, как раз благостный. Ну и поехали мы в пустынь. Батюшка приложился, за ним мы все, народу тьма, помазал нас с детворой, а тут и люди просят, как откажешь?
— Да, да, учитывая характер вашего батюшки, — заулыбалась женщина постарше, — а куда же он понесся только что, ничего толком не поняла, говорит, с матушкой побудьте, за детьми присмотрите, вот я вас и держусь.
— Спаси, Господи, Мария Ивановна, что бы я без вас делала с этим сорванцами.
— Ой, извините, пожалуйста, — обратилась она к Димитрию, так как один из ее многочисленных малышей прошелся по его ногам.
— Да ничего, ничего, — ответил Димитрий.
— Ну и дальше, что? — продолжала расспрашивать одна из женщин.
— Батюшка уж собрался уходить, помазывать-то надо было бы до вечера, а мы с детьми, да еще с колоколами, так и не решился вопрос, денег-то нам никто не одолжит, а у Юрия Юрьевича с супругой не известно когда уж получится.
— Да, слава Богу, людей море.
— Так вот, отец Николай к выходу уж вознамерился, а тут записку чья-то рука прямо в руки отцу кладет, как от надгробия точно матушки, людей много и понять трудно, сказали, правда, чтобы помолился. Батюшка так и вышел на свет Божий с этими записками, глянь, а посреди записок деньги лежат. Думал пойти назад, спросить хоть что за люди, откуда деньги-то не наши и не малые, а куда пойдешь и у кого что спросишь, если и не видел батюшка, кто дал-то записки те. — Вот, матушка, как отец Николай говорил, так и вышло, помогла в его проблеме с колоколами, помолилась старица наша Алипия.
— Моли Бога о нас, матушка Алипия! — одновременно произнесли две женщины, а с ними и мужчина один — Димитрий наш.
— Так, отец Николай, матушка, поехал за колокола рассчитываться?
— Да и заберем сразу!
Дальше женщины отошли с тарелками каши, хлебом и компотом. Димитрию стало как-то радостно и тепло на душе:
— Слава тебе, Боже Наш, слава Тебе! — радостно запело изнутри у него. — Матушка Алипия, моли Бога о нас! А я ведь еще на мгновение засомневался, грешным делом, давать батюшке записки или нет, а рука уже сама так и отдала-то просимое, тому, кому оно причиталось!

Источник: Скороход А. - Встречам быть. Повести и рассказы - 2016