Я была колдуньей
Я из достаточно тяжелой семьи. Мой отец болен шизофренией — это вполне подтверждённый диагноз, у него есть инвалидность. Мать — человек достаточно властный, контролирующий, я бы даже сказала деспотичный в ряде моментов. И оба они неверующие люди. Могу сказать, что с детства у меня была тяга к вере. Я хотела креститься, но каждый раз это поднималось на смех, каждый раз запрещалось. И в итоге это привело меня совершенно в другую сторону. У меня была одна особенность с самого детства — я «видела». Видела много разного, и периодически этим «видением» пугала близких. В пять лет, например, я предсказала, кто в семье когда умрёт. И до сих пор это сбывается. Как и все дети, я баловалась простенькими гаданиями, вызовами духов. И первый раз я доигралась до того, что начались неконтролируемые явления — как в моей голове, так и вокруг меня. В одиннадцать лет был первый опыт спиритизма, в тринадцать — уже более осознанное действие. Мне нравилось привлекать к этому других. В итоге я поняла, что мне надо что-то делать, потому что вокруг меня и внутри меня происходили пугающие явления: звуки, видения, проникновения в мою жизнь, которые я не могла контролировать. Я говорила родителям — они поднимали это на смех. Я прибежала в Церковь — меня внимательно выслушали, сказали: «Деточка, тебе нужно креститься». Я доверилась бабушке, но она «сдала» меня родителям. Мне снова запретили, и я ушла ещё глубже в себя. Когда мне было шестнадцать, родители развелись. Я осталась с матерью. Стало легче, но я оказалась в очень уязвимом состоянии. И тогда произошла моя первая попытка уйти из жизни. Я закончила оперное отделение, поступила в училище и институт одновременно, вела активную жизнь — и ушла с головой в магию. Я читала книги, пробовала, и у меня получалось. Я думала: «Ничего себе! Оказывается, это легко». Потом, спустя годы, выйдя из этого, я пойму: это не дар, не Дар Божий, как многие думают. Это иллюзия, которой кормит лукавый. В тот момент в мою жизнь пришёл человек, которого я сначала называла великим мастером. Он понял, что я могу быть полезна, начал передавать знания. В дальнейшем он стал моим первым мужем. Первое место моей работы — магический салон «Официальный храм вуду в России». Это был «круг», в котором работало четыре мастера. Трое мужчин были с большим опытом, а я — восемнадцатилетняя девочка — работала в ипостаси мира мёртвых: с «некротикой». Взаимодействие с хранителями некрополя и душами умерших. Работали мы на больших людей и за большие деньги. Влияние на душу было ужасным. Лукавый кормит иллюзией, что ты делаешь хорошее дело, помогаешь людям. Но внутри была жесточайшая тоска, уныние, я не понимала, зачем я здесь. Мир мёртвых казался привлекательнее мира живых. Чем дальше я углублялась в магию, тем больше не хотела жить. С первым мужем мы расстались. Тогда я отправилась во все тяжкие: в отношениях с противоположным полом мне стало всё равно. Какая разница, кто будет со мной, сколько их будет? Я уходила всё глубже в магию, открыла бизнес. В двадцать лет узнаю, что беременна. Это был шок — я была уверена, что никогда не смогу родить. Но родилась моя первая дочь. Я продолжала заниматься магией. У меня росла клиентская база. Самое меньшее, что я выставляла на продажу, — это гадание. Гадала я хорошо: на рунах, на кофе, на картах, на чём только не гадала. По сути, это были надстроечные вещи — я и так всё видела. После второго развода я очень сильно влюбилась. Это была даже не столько любовь, сколько зависимость. Этот человек тоже обладал магическими способностями, был сильнее меня. Три года я пробыла в этом состоянии. Родила среднюю дочку, Сашку, назвала в его честь. Но отношений у нас не было — я иногда с ним общалась, и этого хватало, чтобы захотеть жить. Как только я решила, что остаюсь, дела пошли в гору — и с деньгами, и с обстоятельствами. Мне удалось переехать от матери, которая контролировала каждый мой шаг. Отношений с Церковью в тот период никаких не было. Но наступил переломный момент: я кормила младшую дочку грудью. Один из наших «ведьмаков» попросил молока для своей дочки — жена болела. Я согласилась. Он решил меня отблагодарить и пошёл в подвал к книжнику. Долго ходил, смотрел — и вдруг его «позвала» толстая старенькая книга без обложки. Каково же было его удивление, когда он открыл её и увидел, что это Библия XIX века. Он отдал её мне. А в тот момент в моей жизни появился первый храм. Я балансировалась тем, что читала Писание. Я пришла в храм Софии Премудрости Божией в Средних Садовниках. Ко мне навстречу вышел молодой человек — внешне точная копия моего любимого мужчины. Только дьякон этого храма. Он долго говорил со мной, с полным принятием, без осуждения. Я была ему очень благодарна. Позже я подарила ему ту самую Библию. Потом я переехала от матери — и в моей жизни появился человек, которого я до сих пор называю личным ангелом. Он помог мне отойти от той зависимости. В день Георгия Победоносца мне приснился сон: я сижу на семнадцатом этаже и думаю: «Сейчас я спрыгну». Ко мне подлетает Ангел — в джинсах и футболке, с огромными белыми крыльями — и говорит: «Ты прыгай, не бойся». Я прыгаю, лечу и прямо над асфальтом взмываю в небо. Ангел обнимает меня, и я обнаруживаю, что у меня тоже есть крылья. Просыпаюсь — и нахожу в почтовом ящике повестку в суд. Мать решила отобрать у меня детей. Весь суд мы прошли вместе с тем человеком. Ей присудили только время общения с детьми. После суда я тяжело болела — вскрылась астма, которая молчала двадцать один год. Мы расстались. Я осталась одна. И отовсюду начала сыпаться информация: няня видела сны про меня в храме, люди говорили, что мне надо креститься, я видела сны с отрывками из житий святых. Господь говорил со мной моим языком. Я сказала ему: «Знаешь, я приняла решение креститься». И завязала со всем, что у меня было. Сложила все инструменты. Но жизнь была выстроена на магии — каждый день просчитывался. Я пришла в храм и сказала, что хочу креститься. Меня отправили домой — подумать, осознанно ли это решение. Я пришла снова: «Пожалуйста, мне дышать нечем!» Ко мне подошёл старенький седовласый батюшка: — Ну, чего ты? Я не могла ответить — рыдала. — Давай знакомиться. Я — Вова. — Я — Лия. Он говорил со мной спокойно, по-отечески, с уважением. Потом я узнала, что это настоятель. Он сказал: «Если вы не возражаете, я буду крестить вас лично». Крещение откладывалось месяца два. Когда оно произошло, у меня в голове не осталось вопросов — я знала, что уже не уйду. Во время крещения я видела: лежу в могиле, Кто-то сверху разрывает её, выбрасывает комья земли, даёт мне руку, вытаскивает на поверхность. Я с трудом встаю, а Он показывает мне огромный красивый мир. Я поняла, что моя жизнь может быть благостной и правильной только рядом с Богом. Первые полгода после крещения происходили невероятные события. Я нашла своё дело — подбор персонала. Сейчас у меня небольшое кадровое агентство, оно на плаву четвёртый год. Через семь месяцев я пришла к батюшке: — Благословите меня поступить в Православный институт на факультет душепопечения, на православную психологию. — А тебе зачем? Не будешь ли ты чем-то управлять, манипулировать? — Я просто знаю, что могу помочь человеку словом. Он благословил. Я поступила, организовала практику при храме — принимать прихожан. Я хочу сказать тем, кто занимается магией: первые иллюзии — что ты обладаешь властью и не такой, как все. Игра на гордыню и тщеславие. Часть информации правильная, часть — неправильная. Когда правильное сбывается, ты думаешь: «Ух ты, круто!» А когда вожделенное обламывается — становишься максимально уязвим. Лукавый может сподвигнуть на что угодно. Большинство колдунов сходят с ума или кончают с собой. Моя жизнь впервые обрела смысл. Из человека, бывшего латентным суицидником, я стала человеком, который радуется жизни. Я живу в венчаном браке, у меня трое детей. Я встала на клирос, причащаюсь. У меня есть почти всё, о чём я мечтала. Раньше я ходила сумеречными тропами — тревога гнала меня в леса, на кладбища, в недостроенные дома. Я искала, не понимая, что ищу. Здесь этого нет. Здесь ты приходишь к Господу и понимаешь: ты дома. Тебе впервые спокойно. Тебя принимают, тебя любят. Даже если ты оступился — всё равно молодец, что пришёл. Тебя любят не потому, что ты хороший, а потому что Бог есть Любовь. Вот поэтому! Источник: Ковальчук Сергей. От и До. Свидетельства бывших атеистов Книга 2.
